Игорь и Зоя всё свободное время проводят дома вдвоём. Вечерами они читают друг другу книжки. Они очень любят читать, особенно вдвоём. Несмотря на то, что их глаза ничего не видят.

Чувство, возникшее между Игорем и Зоей, любовью с первого взгляда назвать никак нельзя. ( Они просто не могли видеть друг друга. )

Когда сидишь, в ожидании смски от самого важного Мужчины на свете, нетерпеливо ерзаешь под аккомпанимент в виде оглушительного стука сердца... и тут приходит сообщение:
Золотая скидка 25% в Рив Гош!

Любит-не любит?
Любит-не любит?
Не люууубит?!
Не любит! Не любит! Не любит! Не любит! Не любит! Не любит! Не любит! Не любит!
И всё.
Оглянуться не успеешь - и правда не любит!
Вот такая легковоспроизводимая эффективная мантра.
Проверенная миллиардами гадальщиков, оставшихся у разбитого корыта.

А можно - наоборот. И, пожалуй, в большинстве случаев - нужно. :)

 Просто думаю еще больше, чем прежде.
На мою долю выпали интересные испытания.
В результате которых я, тайно или явно, слегка или весьма заметно, - "поменяю лицо".
Не маскарадные костюмы (впрочем, и их тоже), а именно лицо. Некое внутреннее мироощущение.

Сейчас было бы очень любопытно узнать, какой я буду энное количество дней-недель-месяцев-лет спустя.
Но, возможно, не менее захватывающий процесс - в многоуровневом чувствовании дыхания каждого дня.

Знаете, в первом университете количество интересных преподавателей и дисциплин я могу пересчитать по пальцам. Одной руки, увы.
Но на спецсеминарах по русской поэзии Светланы Юрьевны В. меня никогда не посещала мысль считать минуты до завершения пары.
А особенно четко я помню такой момент.
Она раскрывала перед нами творчество Ахматовой, внезапно задумалась, как-то погрустнела глазами и процитировала:

"Как соломинкой, пьешь мою душу.
Знаю, вкус ее горек и хмелен.
Но я пытку мольбой не нарушу.
О, покой мой многонеделен".

- Не правда ли, какие точные строки о любви? - задумчиво-печально спросила она. - Может быть, вы еще не понимаете. Но они очень точно отражают сущность взаимоотношений между мужчиной и женщиной.

И сейчас, вы знаете, я поняла, что имела в виду Светлана Юрьевна! *задумчиво улыбается*

Любые отношения - это совместное развитие или совместная деградация. Если один идёт вперёд, а другой стоит на месте - люди расходятся. Это закон.

(с) Линия Мажино

- Не планирую готовить будущему мужу!, - распылялась я недавно во время вечерних посиделок с соседкой, поедая суши, доставленные на дом доблестным курьером.
- А как же совместные обеды, приготовленный красавицей-женой? В этом же что-то есть! - изумлялась Лена.
- Обеды в "Пушкине" и ужины в "Обломове" романтичнее! - упрямо и, на сей момент, честно, отвечала я.

Еще когда Илья только начинал за мной ухаживать, я пыталась маскироваться.
- Что ты делаешь? - интересовался он, звоня вечером.
- Готовлю шарлотку! - нагло отвечала я, маникюря коготки и любуясь на пустую духовку (вообще-то когда я вру - это вопиюще заметно и светится на лбу буквально бегущей строкой, но мне казалось, что цели были благие).
- Ух ты! - восторгался он, не видя, как щечки мои принимают реактивно-красный цвет. - А ты училась готовить на курсах, или сама постигала искусство кулинарии?"
- Ах, все сама, сама, милый, - умиляясь и откровенно стыдясь, отвечала я, чесслово, считая, что это "во благо".

И вот, однажды, настал момент Икс! И я оказалась у него дома. И, хотя мы уже и пообедали, и поужинали, почему-то Илья произнес роковое:
- А хочешь, можно мясо приготовить?..
Боже! Эта фраза была для меня приговором.
- Нуу, я не хочу есть, милый, может быть ты хочешь, тогда...
На пару часов мы забыли о мясе. Но домоклов меч никуда не делся.
- Может быть, мясо?
- Нуу...
- Милая, давай сделаем мясо!
И все.
И я думала, что умру от стыда. Но тут, легко и непринужденно, Илья схватил мясо, порубил, кинул в микроволновку, добавил приправу и в конце-концов получилось что-то вразумительное.
Иногда мне интересно, понимает ли он, что в последний раз я готовила шарлотку... в школьные годы?

Потому что уже давно у нас с ним как в анекдоте:
- Дорогая, у нас есть че поесть?
- Ешь все, что найдешь в холодильнике.
- Ах ты, хозяюшка моя!... Сама лед приготовила?

Евгений прискакал ко мне в первый же вечер моего визита в Волгоград. Этот владелец личного автопарка умиляет: приехал на восьмерке "чтобы меня удивить". Купил себе автозаправку, а шифруется, чтобы не гневать общественность своими сверхдоходами. От ведь, маскировщик! Я, кстати, всегда знала, что он будет чертовски богат. Поэтому не удивляюсь. Он очень умный, этот голубоглазый Мужчина премиум-класса!

Знаете, я иногда думаю: у меня ведь как-то никогда не было такого чтобы вот у меня с человеком любовь-любовь, а потом бац - и враги. Разбитую чашку я всегда стараюсь трансформировать: под пепельницу ли, или под красивый осколок, который можно повесить на стенку. Так и с Женей. Хорошо, что после трех лет перманентного счастья мы смеем дружить. Тем более - это один из немногих людей, которые имеют представление о том, какая я на самом деле. Меня удивило как-то, когда летом он поддерживал меня в беде, он вдруг заявил: мол, "стараешься строить из себя очень сильную. А ведь на самом деле ты очень легкоранимый человек". От ведь аналитик! :))

Забавно: прикупил себе в выходные "Плэйстейшн". Говорит: "У меня ведь ничего такого в детстве не было!". И улыбаетеся так, знаете, озорно. Он, как и я, с детства - в карьере, в бизнесе и в проджектах. Правда, сейчас, говорит, стал мудрее. Потому, видимо, и купил игровую приставку! :)))

Евгений Александрович хомячил котлеты и восторгался мной и моими действиями. "У вас там в Москве девальвировалась система отношений. Особенно - между мужчиной и женщиной. - философствовал он. - Люди поживут-поживут вместе, поссорятся, и все - пинком под зад!" Я удивлялась таким мыслям. Он объяснял. Я соглашалась. Мы долго смеялись. Он рассматривал мои детские фотки и отмечал, что вот раньше я всегда была жутко грустная, а теперь вот всегда при улыбке.

И, знаете, мне страшно хотелось, чтобы он болтал со мной как можно дольше. За окнами шлепал дождь. И я вспомнила, как он провожал меня в Москву.
"Дождь идет. Это потому что ты уезжаешь - небо плачет!" - растерянно бормотал он, стоя на перроне, - Ты там не забывай меня".
"Не забуду. Ты ведь обещал мне юридическую практику сделать", - ласково по-дружески молвила я в ответ.
"Ну да", - отчаянно смеялись его голубые глаза.

И когда я теперь провожала его в до двери, то думала, он снова скажет про дождь. А он сделал шаг вперед: "Был очень рад тебя видеть. Я так понял, что... ты ведь... никогда не вернешься?!"

И лицо у него было такое знаете, печальное-печальное. Как у побитой собаки. И я даже не вспомнила, что когда закругляла романтическую часть отношений, сказала, что ему нужно дать "Оскара" за грамотное изображение взгляда побитой собаки.

"Ну да", - подумала я.
(Конечно, я не вернусь. Я хотела съерничать: типа, зачем, не вижу причин. Но у него, знаете, было такое лицо, что меньше всего мне хотелось ерничать).

И я просто закрыла за ним дверь.

А потом, когда он уехал, еще долго шел дождь.
Даже когда выглянуло солнце.